Китч

Прочитала "Невыносимая легкость бытия" Милана Кундера. Когда я дошла до того места когда Тереза и Томаш делали инъекцию Каренину, мне захотелось плакать. Я вспомнила о своей собаке: веселый, добродушный пес, с возрастом научившийся не обращать на меня много внимания (малолетка, ты, типа). Он не стеснялся просить еды, бабушка не могла ему отказать и после 13-и лет это сказалось - в один день он упал на пол в конвульсиях, крича совершенно по-человечески. Мы повезли его к ветеринару, оказалось, что его сердце было в несколько раз больше нормального, оно давило на легкие, мешало дышать, и в какой-то момент просто останавливалось на несколько секунд. Ему прописали антибиотики, но мы знали, что это не поможет. После третьего приступа, родители отвезли его к врачу усыпить. Я жила в колледже в это время и мама позвонила мне в слезах оповестить о случившемся. В то время у меня были друзья и я не хотела плакать перед ними, казалось глупым. Не плакала я и после - не плакалось. Скорбь прошла мимо.
Сидя в вагоне метро, я не могла закончить главу, я думала о моей собаке. Как он любил снег, как зарывал морду в снегу и выныривал с счастливой улыбкой на морде; как не любил фен для волос и гавкал на него, когда мы сушили его после купания; как лизал руки, и как вилял хвостом, как любил бегать за каштанами, и как радовался нашему приходу. I miss him.